Для ребёнка меняется сразу очень многое: пространство, взрослые, дети вокруг, ритм дня, звуки, правила, еда, способ попросить о помощи — и главное, привычного родителя какое-то время нет рядом.
Один ребёнок заходит в группу почти не оглядываясь. Другой плачет у двери две недели. Третий спокойно остаётся утром, но вечером вдруг становится особенно требовательным, просится на руки и не хочет отпускать маму даже в соседнюю комнату.
И всё это может быть частью адаптации.
В Реджио ребёнок рассматривается не как пассивный получатель воспитания, которого необходимо встроить в готовую систему, а как активный участник собственного развития. Большое значение имеют отношения, участие семьи, среда, чувство принадлежности и возможность ребёнка влиять на происходящее. Поэтому и на адаптацию нам хочется смотреть немного иначе. Не столько: «Когда он перестанет плакать?»
Сколько:
- Когда это пространство станет ему знакомым?
- Когда здесь появится взрослый, к которому он сам пойдёт за поддержкой?
- Когда возникнут свои ритуалы, любимые занятия, маленькие обязанности, друзья и истории?
- Когда сад начнёт становиться частью его мира?
Адаптация не происходит по расписанию
Иногда родителям говорят: «Две недели — и привыкнет». На практике такой нормы не существует.
Исследования перехода детей из дома в детский сад показывают довольно большую индивидуальную разницу. В исследовании 113 малышей особенно напряжёнными оказались первые две недели пребывания без родителей. Примерно на третьей неделе у многих появились признаки улучшения, а через три месяца общее благополучие детей оценивалось значительно выше. При этом первые недели родители нередко замечали сильную усталость ребёнка именно вечером — даже если в саду он выглядел вполне благополучно.
Именно поэтому фраза воспитателя «он через пять минут перестал плакать» — хорошая новость, но ещё не вся картина. Адаптация происходит и после того, как ребёнка забрали домой.
Он может:
- чаще проситься на руки;
- сильнее нуждаться в родителях вечером;
- быстрее уставать;
- капризничать из-за мелочей;
- временно хуже засыпать;
- снова просить помощи в том, что уже умел делать самостоятельно;
- много говорить о саде — или, наоборот, совершенно не хотеть его обсуждать.
Новое место требует большого количества внутренней работы.
Возраст имеет значение — но не определяет всё
Наиболее выраженная тревога расставания обычно приходится на ранний возраст. Американская академия педиатрии отмечает, что она часто становится особенно заметной примерно с 15–18 месяцев, а период 12–24 месяцев для многих детей оказывается наиболее чувствительным к уходу родителя. К дошкольному возрасту ребёнок уже гораздо лучше понимает, что мама или папа вернутся. Но отсюда не следует, что в три или четыре года адаптация автоматически становится лёгкой. Просто меняется её содержание.
У малыша главным переживанием может быть:
«Мама ушла».
У ребёнка постарше:
«Кто эти люди? Как здесь всё устроено? С кем мне играть? Что делать, если мне понадобится помощь? Где моё место среди остальных?»
Поэтому два ребёнка одного возраста могут входить в сад совершенно по-разному.
Темперамент, предыдущий опыт разлуки, состояние ребёнка, отношения с педагогом, размер группы, длительность дня и организация самого перехода иногда оказываются важнее цифры в свидетельстве о рождении.
Что действительно помогает? Мы посмотрели на опыт родителей
Помимо исследований и рекомендаций специалистов, нам стало интересно, какие маленькие решения находят сами семьи. Мы изучили родительские обсуждения и выбрали несколько реальных историй. Это не универсальные рецепты и не научные эксперименты. Но каждая из них хорошо показывает одну вещь:
иногда ребёнку нужен не ещё один аргумент в пользу детского сада, а небольшой мост между двумя мирами.
